Белозерская Дружина

На Белозерской дружине хочется остановиться особо. Ведь умение воевать и побеждать не появляется само по себе и требует глубоких традиций, постоянных тренировок и наставничества. Попробуйте сделать хорошего воина из крестьянина, ремесленника или даже боярина. На Руси право попасть в Дружину еще надо было заслужить.



Дружинник в прошлом это особая «профессия». Они составляли особую касту людей, со своим миром, почти рыцарской этикой, и своим эпосом. Это были прирожденные и зачастую потомственные бойцы, как правило, в кольчугах и островерхих шлемах. Их объединяло боевое братство воинов. Цену себе эти бойцы знали хорошо.

А цена была вот какова:

В 1073 году на Белоозере киевский воевода Ян Вышатич пошел на 300 человек, приверженцев волхвов-язычников из района верхней Волги, с 12 отроками – младшими дружинниками – и победил.

Но еще лучше показывают их силу события 944 года, когда русские дружины объявились в далеком Азербайджане, под стенами города Бердаа. Город этот существует и доныне под названием Барда.

Рассказ об этих событиях донесли до нас араб Абу-л-Фараджа и перс ибн Мискавейх, так что о предвзятости не может быть и речи. Арабский автор уточняет – в составе русских дружин в далекий край пришли, кроме славян, лезги и аланы (никаких норманнов при этом не упоминается). Любопытно, что восточные авторы нимало не щадят своих единоверцев, зато русов выставляют в самом лестном свете.

Первая же схватка жителей Бердаа с пришельцами – ибн Мискавейх пишет: «Были они беспечны, не знали силы русов и считали их наравне с армянами и ромеями» - закончилась позорным бегством армии местного правителя Марзубана, состоявшей из шести сотен гвардейцев, курдов и дейлемитов, и пяти тысяч ополченцев. До ворот успели добраться только те, кто были верхом. Причем паника, охватившая горе – вояк, была такой, что бегущие даже не попытались закрыть за собою ворота!

Русы без особых трудностей заняли беззащитный город – и держались в нем целый год, отражая в поле (за весь год русы ни разу не садились в осаду) – наскоки правителей соседних княжеств. Правитель Марзубан собрал армию в 30 тысяч, с которой подступил к городу. Однако, несмотря на численное превосходство, во всех боях терпел поражение. Русов было не более 3 тысяч дружинников.

Ибн Мискавейх оставил ценные наблюдения: «Слышал я от людей, которые были свидетелями этих Русов, удивительные рассказы о храбрости их и о пренебрежительном их отношении к собранным против них войскам. Ни один из них не сдавался живым».

По истечении года, вспыхнувшая эпидемия вынудила непобежденных русов, под покровом ночи покинуть город, взвалив на плечи всю добычу, какую смогли унести. Они погрузились в свои ладьи и уплыли в неизвестном направлении. Натерпевшиеся всякого лиха, люди Марзубана даже не осмелились преследовать их.

В 1019 году византийцам пришлось сражаться с отрядами из французской Нормандии, захваченной, как известно, скандинавскими викингами, от которых эта территория и получила свое название. Вот текст византийской хроники: «В первых трех сражениях норманны остались победителями. Но в четвертой битве, где им пришлось бороться с народом русским, они были побеждены, обращены в ничто, и в бесчисленном количестве отведены в Константинополь, где до конца жизни были истязуемы в темницах». Как видим, автор однозначно разделяет по происхождению эти два народа. Да и на протяжении всей истории мы были заклятыми противниками. После успешных военных операций Новгородской республики, шведская «Хроника Эрика» так говорит о событиях 1187 года – взятие и разрушение столицы Швеции Сигтуны: «… пришлось так плохо, это радовало землю карел и русов». Кстати, Сигтуна так и не была восстановлена. А о норманской теории мы поговорим отдельно.

Князь и дружина понятия неразделимые. С малых лет знатные мальчики росли под опекой воевод отца.

Самого Игоря, сына Рюрика, воспитал с малых лет Вещий Олег.

Знаменитый Добрыня вырастил сына Святослава, Владимира Крестителя.

Сына Владимира, Ярослава Мудрого воспитал и поставил на ноги воевода Блуд.

А Князь Святослав, сын Игоря, величайший полководец-воин того времени воспитывался кормильцем Асмундом.

Почти сразу после рождения его увезли на Север, в Новгородские земли, в безопасное место. Единственный сын престарелого государя – таким не шутят. И всегда рядом с ним был воевода-дядька Асмунд.

Можно многое говорить о воинском Духе Севера, воплощением которого, трудами дядьки Асмунда, рос юный Святослав, но все это лишь правила жизни и войны. Однако были ведь и приемы. Приемы владения оружием, приемы вождения и управления войском. Все мальчишечьи игры русов будут ещё не один век нацелены на подготовку воина. Повзрослев, молодые люди сходились со сверстниками в кулачных и борцовских поединках. Их учили бегать на дальние расстояния в тяжелой русской кольчуге, ездить и сражаться верхом на коне, стрелять из лука. Охотясь, постигать язык следов, оставляемых зверем или человеком, быть выносливым и терпеливым. Схватка со зверем воспитывала храбрость. И снова учиться всё новым и новым видам оружия и приемам владения им. Русы не отравляли стрел, как чудь или печенеги, но надо было на вид, на запах распознавать яд на вырванной из тела стреле – и знать, чем и как лечить раненного. Надо учиться хорошо плавать, терпеть раны, не выдавая боль. И многому, многому еще надо было учиться, чтобы быть воином в X веке. Опытному же воину необходимо было постоянно поддерживать себя в форме.

В дружинах проходили обучение воинскому делу молодые парни из сельских общин. Такие, пройдя серьезные испытания, могли и в дружину попасть, но это было редкостью.

Уважаемый читатель! Весь этот экскурс в военную историю Руси я сделал всего лишь по одной, но, на мой взгляд, чрезвычайно важной причине – чтобы показать, что Белозерская Дружина, бившаяся на Куликовом поле в передовом «Головном» полку, не могла появиться из ниоткуда. Из этого следует, что на Белоозере были серьезнейшие воинские традиции, которые шли, как минимум от дружины князя Синеуса. Ведь традиции должны были откуда-то взяться! И не надо думать, что всех можно за 50-70 лет обучить в образцовых витязей. Воспитание воинской доблести куется столетиями, и главной составляющей побед является воинский Дух.

Данный факт поможет по-другому взглянуть на нынешний Белозерск, с его древней крепостью. Ведь, у поселения у истока Шексны в местечке Крохино ни малейших следов укреплений не выявлено. А где же тогда все это время базировалась Белозерская дружина, сохраняя свои традиции и навыки? Или она жила среди простых обывателей в неукрепленном никак городе. Маловероятно. Фактически невозможно представить: дружина есть – укреплений нет. Скорее всего, воплотилась варяжская традиция Руси – селиться и строить свои Грады поодаль от местного населения, но, достаточно близко, чтобы следить за порядком и в случае нужды защитить поселения. История Ладоги тому подтверждение.

Надеюсь, ни у кого не хватит смелости поставить под сомнение существование боеспособной Белозерской дружины. Ведь на северном берегу Белого озера даже одно из озер имеет название – Дружинное, а это – память о Синеусе и его дружине!



Древнейшая история Белозерской дружины начинается с 862 года, когда один из варягов Синеус со своей дружиной «сел», согласно летописи, на Белоозеро. Дружина Синеуса, состоявшая из балтийских славян и местных ратников, представляла собой первое войсковое соединение, которое можно назвать Белозерским городовым полком.

Из домонгольской истории известны также следующие исторические факты:

В 1096 году белозерцы вместе с суздальцами и ростовцами участвовали в битве с войсками князя Олега Гориславича под Муромом. В тот же год белозерцы сражались в битве при Колокше.

В 1146 году Юрий Долгорукий посылал на помощь князю Святославу «тысячу бронник белозерских» под командованием сына Ивана.

В 1169 году произошла битва двух белозерских дружин (полков) с новгородской дружиной князя Данислава Лозутича.

В 1174 году Андрей Боголюбский командовал войском, состоящим из владимирцев, белозерцев, переяславцев, муромцев, новгородцев и рязанцев.

В 1183 году великий князь Всеволод Большое Гнездо с союзными князьями организовал поход русских войск на волжских булгар. В числе собранной рати, согласно Лаврентьевской и Ипатьевской летописям, выделялся Белозерский полк во главе с воеводами Фомой Лясковичем, Дорожаем и другими. Он был оставлен сторожить суда русского флота в устье реки Цевцы. Когда князь Всеволод шел приступом к столице булгар, те напали на сторожевой Белозерский полк. Белозерцы не отступили, разбили булгар, более тысячи воинов противника утонули в Волге. Видимо, булгары, а шло их к ладьям около пяти тысяч, не ожидали встретить столь мощный заслон.

4 марта 1238 года на реке Сить, притоке Мологи, состоялась битва русского войска с отрядами Батыя. Князь Василько Ростовский командовал белозерским и ростовским полками. В неравном сражении белозерцы сложили свои головы, но не отступили. Князь Василько, тяжело раненный, попал в плен и был замучен татарами в Шеренском лесу за отказ изменить своей родине. Он стал национальным героем и был прославляем в годы Великой Отечественной войны.

Белозерский великий князь Глеб Василькович, сын героя Ситской битвы, будучи активным строителем своего княжества и хитрым политиком, воевал в XIII веке на Северном Кавказе и в камской Булгарии.

В 1375 году Белозерские дружины участвовали в походе на Тверь, который был организован великим князем московским Дмитрием Ивановичем.

Подвиг Белозерских полков на Куликовом поле в битве с Мамаем в 1380 году отмечают все отечественные летописцы и историки. Полки «чести себе добыли и славного имени», как с гордостью пишет один из летописцев.

В Москву полки из Белоозера прибыли одними из первых: «Приспели князи Белозерские, подобны воинам крепким, вельми доспешни и кони воински наряжены под ними».

Белозерскую дружину взял под свое командование сам великий князь Дмитрий Донской, что, в преддверии грандиозной сечи, является свидетельством надежности и стойкости белозерских витязей. И они это с честью продемонстрировали в битве и полегли все до единого. Татарская конница завязла в русских рядах, была измотана в кровавой сече, где герои-белозерцы стояли за родную землю насмерть.



Вот что сообщает о Белозерской дружине памятник древнерусской литературы «Задонщина»:

«… Отвечает ему князь великий Дмитрий Иванович: Воеводы у нас уже назначены — семьдесят бояр, и отважные князья Белозерские Федор Семенович и Семен Михайлович, да и Микула Васильевич, да и оба брата Ольгердовичи, да и Дмитрий Волынский, да Тимофей Волуевич, да Андрей Серкизович, да Михаиле Иванович. А воеводы у нас надежные, дружина испытанная. Как живые трепещут стяги, жаждут воины себе чести добыть и имя свое прославить.

… Уже те соколы и кречеты и белозерские ястребы за Дон быстро перелетели и ринулись на несметные стаи гусиные и лебединые. То ведь были не соколы и не кречеты, — то налетели русские князья на силу татарскую. Затрещали копья каленые, зазвенели доспехи золоченые, застучали щиты червленые, загремели мечи булатные о шлемы хиновские на поле Куликовом, на речке Непрядве.

… Посечены князья русские и бояре и воеводы великого князя Дмитрия Ивановича. Полегли сраженные татарами князья Белозерские Федор Семенович, и Семен Михайлович, и Тимофей Волуевич, и Минула Васильевич, и Андрей Серкизович, и Михаиле Иванович, и много других из дружины.

И сказал князь великий Дмитрий Иванович: Сосчитайтесь, братья, скольких у нас воевод нет и скольких молодых людей?

Тогда отвечает Михаиле Андреевич, московский боярин, князю Дмитрию Ивановичу: Господин князь великий Дмитрий Иванович! Нет у нас сорока бояр больших московских, двенадцати князей Белозерских, тридцати бояр — новгородских посадников, двадцати бояр коломенских, сорока бояр переяславских, двадцати пяти бояр костромских, тридцати пяти бояр владимирских, пятидесяти бояр суздальских, семидесяти бояр рязанских, сорока бояр муромских, тридцати бояр ростовских, двадцати трех бояр дмитровских, шестидесяти бояр звенигородских, пятнадцати бояр угличских. А погибло у нас всей дружины двести пятьдесят тысяч».



«Сказание о Мамаевом побоище» сообщает о Белоозере и его дружине следующее:

«… Вот что писал князь рязанский Олег царю Мамаю: А князь Димитрий Московский - человек христианский - как услышит слово ярости твоей, то отбежит в дальние пределы свои: либо в Новгород Великий, или на Белоозеро, или на Двину.

… И пришли к нему князья Белозерские, готовы они к бою, и прекрасно снаряжено войско, князь Федор Семенович, князь Семен Михайлович, князь Андрей Кемский, князь Глеб Каргопольский и андомские князья.

… Князья же Белозерские отдельно со своим войском выехали; изготовленным выглядит войско их. Князь же великий отпустил брата своего князя Владимира дорогою на Брашево, а Белозерских князей - Болвановскою дорогою, а сам князь великий пошел на Котел дорогою.

… Сыновья же русские вступили в обширные поля коломенские, но и тут не вместиться огромному войску, и невозможно было никому очами окинуть рати великого князя. Князь же великий, въехав на возвышенное место с братом своим, с князем Владимиром Андреевичем, видя такое множество людей снаряженных, возрадовался и назначил каждому полку воеводу. Себе же князь великий взял под командование Белозерских князей, и в полк правой руки назначил брата своего князя Владимира и дал ему под командование ярославских князей, а в полк левой руки назначил князя Глеба Брянского.

… Князь же Ольгерд Литовский, в согласии с прежним замыслом, собрал литовцев много и варягов, и жмуди и пошел на помощь Мамаю. И пришел к городу Одоеву, но, прослышал, что князь великий собрал великое множество воинов - всю русь и словен (также как и во многих летописях: русь и словен различают).

… Сказали ему Ольгердовичи: Государю великому князю, ныне нужно забыть о смерти, смелыми словами речь говорить, чтобы от тех речей укрепилось войско твое: мы ведь видим, какое великое множество избранных витязей в войске твоем.

Всему этому дивились литовские князья, говоря себе: Не было ни до нас, ни при нас и после нас не будет такого войска устроенного. Подобно оно Александра, царя македонского, войску, мужеству подобны Гедеоновым всадникам, ибо Господь своей силой вооружил их!

… Князь же Владимир сказал: Братья и други, русские сыны, если кто в живых брата моего сыщет, тот воистину первым будет средь нас! И рассыпались все по великому, могучему и грозному полю боя, ищучи победы победителя. И некоторые набрели на убитого Михаила Андреевича Бренка: лежит в одежде и в шлеме, что ему дал князь великий; другие же набрели на убитого князя Федора Семеновича Белозерского, сочтя его за великого князя, потому что похож был на него.

… И привели ему коня, и, сев на коня и выехав на великое, страшное и грозное место битвы, увидел войска своего убитых очень много, а поганых татар вчетверо больше того убитых.

И поехал с братом своим и с оставшимися князьями и воеводами по месту битвы, восклицая от боли сердца своего и слезами обливаясь, и так сказал: «Братья, русские сыны, князья, и бояре, и воеводы, и слуги боярские! Судил вам Господь Бог такою смертью умереть. Положили вы головы свои за святые церкви и за православное христианство». И немного погодя подъехал к месту, на котором лежали убитые вместе князья Белозерские: настолько твердо бились, что один за другого погибли. Тут же поблизости лежал убитый Михаил Васильевич; став же над ними, любезными воеводами, князь великий начал плакать и говорить: «Братья мои князья, сыны русские, если имеете смелость пред Богом, помолитесь за нас, чтобы вместе с вами нам у Господа Бога быть,- ибо знаю, что послушает вас Бог!»

И сказал князь великий Дмитрий Иванович: Сосчитайте, братья, скольких воевод нет, скольких служилых людей. Говорит боярин московский, именем Михаил Александрович, а был он в полку у Микулы у Васильевича, счетчик был гораздый: Нет у нас, государь, сорока бояр московских, да двенадцати князей Белозерских, да тринадцати бояр - посадников новгородских, да пятидесяти бояр Новгорода Нижнего, да сорока бояр серпуховских, да двадцати бояр переяславских, да двадцати пяти бояр костромских, да тридцати пяти бояр владимирских, да пятидесяти бояр суздальских, да сорока бояр муромских, да тридцати трех бояр ростовских, да двадцати бояр дмитровских, да семидесяти бояр можайских, да шестидесяти бояр звенигородских, да пятнадцати бояр угличских, да двадцати бояр галичских, а младшим дружинникам и счета нет».



И хотя в отечественной науке до сих пор продолжается спор - сколько же Белозерских князей погибло в тот день на Куликовом поле (здесь данные исторических источников разнятся), остается неопровержимым факт, что Белозерские князья, «множество бояр их» (Никоновская летопись), воеводы, простые ратники - крестьяне и мещане внесли вместе с передовым полком главный вклад в великую победу на Куликовом поле. Подвиг наших славных предков отмечен на территории Белозерского кремля у Преображенского собора, где по решению Правительства Вологодской области установлен памятник героическим Белозерским полкам. Надпись на нем гласит:

В год 625-летия Куликовской битвы,
в память наших земляков белозеров.
Они погибли «ради земли Русской и веры христианской,
чтобы старые рассказывали, а молодые помнили»
Дмитрий Донской.
От благодарных потомков. Сентябрь 2005 года

И после Куликовской битвы Белозерские ратники активно участвовали в боевых действиях Московского государства, проявляя традиционные для них качества патриотизма, воинской доблести и геройства. К примеру, Белозерский полк участвовал в 1489 году в составе московского войска Ивана III в покорении Вятки.

Немало белозерцев сражалось в первом и втором земском ополчении в период «смуты». Именно они позднее бились с отрядами поляков и казаков в самом Белозерском уезде, превратили Кирилло-Белозерский монастырь в неприступную крепость, которую поляки так и не смогли взять штурмом.

Белозерцы участвовали в 1687-1689 годах в Крымских походах и в 1695 и 1696 годах в Азовских походах против турок.

Новый этап в истории Белозерского полка наступил в годы правления Петра Великого, когда царь-реформатор приступил к созданию регулярной русской армии. Историк Белозерского полка, служивший в этом соединении, капитан Э.М. Мержейовский писал в 1894 году: «Сформированный в одну из тяжелых минут, переживаемых государством, 13-й пехотный Белозерский полк принадлежит к числу старейших полков русской армии. Спустя три месяца после сформирования полк этот начал уже проливать кровь для защиты Отечества, и победные клики его не умолкали более 150 лет. В жизни полка не было ни одного темного пятна, которое могло бы омрачить членов нынешней Белозерской семьи. Если в течение своего 200-летнего существования полк и потерпел несколько неудач на поле брани, то лишь потому, что и для героев есть невозможное. Огромные потери Белозерского полка в этих случаях свидетельствуют нам о его мужестве и храбрости».


Гренадерские полки создавались Петром Первым накануне решающей схватки со шведами под Полтавой. Они имели большую ударную, наступательную силу, так как его солдаты были вооружены, помимо ружья и штыка, ручными фитильными гранатами и даже ручными мортирками. Гренадерские полки выдвигались на самые горячие участки сражений, воины отличались отличными физическими данными и выносливостью. Среди полковых соединений в дивизии генерала от пехоты князя Аникиты Ивановича Репнина значился и Шлиссельбурский пехотный полк, из которого, а также из семи других полков, согласно указу Государя Императора Петра Великого от 10 марта 1708 года, был сформирован в составе двух батальонов гренадерский князя Репнина полк. В его состав отчислено по одной гренадерской роте от полков: Шлиссельбурского, Бутырского, Нижегородского, Невского, Ярославского, Белгородского, Ямбургского и Тверского. Полк Репнина позднее был преобразован в Белозерский пехотный полк. Так, по воле Петра Первого, продолжилась история Белозерских дружин, и с 10 марта 1708 года началось их новое служение Отечеству.

Свой полковой праздник - 6 декабря - белозерцы отмечали более 200 лет. Белозерский полк до 1918 года ни разу не был расформирован, считался одним из старейших петровских пехотных полков. Необходимо отметить, что среди первых русских полков имелся и Вологодский полк. Но его история короче Белозерского. Образован он в 1700 году как пехотный Брюса. С 1708 по 1790 год именовался Вологодским. С 1790 года стал именоваться 12-м гренадерским Астраханским полком. С ноября 1798 года по март 1801 года назывался по шефу (почетному командиру). Затем с 16 мая 1803 года вновь возобновился как Вологодский мушкетерский полк, с 22 февраля 1811 - как пехотный. Память Вологодского полка также была увековечена нашими земляками в 2005 году мемориальной доской в Севастополе.


Северяне в русской армии считались лучшими солдатами. В истории известны (кроме Белозерского и Вологодского) Архангелогородский, Каргопольский, Вятский, Олонецкий, Пермский, Устюжский полки. По подсчетам историков, войсковые соединения из северян составляли в 1708 году почти пятую часть пехотных и четвертую часть кавалерийских полков в армии России. Первым командиром Белозерского полка являлся полковник Тейлер. С 1709 года полком командовал будущий генерал-фельдмаршал, граф Ласси. В русской истории он известен как Петр Петрович Ласси. Родился 30 октября (9 ноября по новому стилю) 1678 года в ирландском городке Лимерик. Служил в европейских армиях, а с 1700 года по «петровскому призыву» приехал в Россию, начав службу в русской армии с чина поручика. Участвовал в Северной войне 1700-1721 года, отличился в Полтавском сражении 1709 года. Первым со своим полком (Белозерским) вступил в Ригу и был назначен комендантом города. Там же и скончался в 1751 году. Граф П.П. Ласси считается одним из самых известных командиров Белозерского полка. По этой причине, в память об отце-командире, 25 марта 1891 года полк был переименован в 13-й пехотный Белозерский генерал-фельдмаршала графа Ласси полк. Под этим именем и просуществовал до 1918 года.


Название пехотного полка носило не только память о героических Белозерских дружинах с Куликова поля, но и определенный территориальный смысл. «В 1711 году, - пишет историк русской армии А.А. Керсновский, - полки были расписаны по губерниям и содержались за счет этих губерний. Каждый полк имел свой определенный круг комплектования - провинцию, давшую полку свое имя. В Псковском полку служили псковичи, в Бутырском - солдатские дети Бутырской слободы (ныне известный московский район), в Ингерманландском - жители северных новгородских пятин. Великий царь оценил все значение столь развитого в русском народе чувства землячества (первой ступени патриотизма). К сожалению, после Петра на сохранение территориальной системы не было обращено надлежащего внимания, полки непрестанно меняли свои квартиры и свои округа комплектования, переходя из одного конца России в другой.

К половине XVIII века система эта совершенно заглохла, и в результате Россия - единственная страна, имевшая в начале XVIII века территориальную систему, к началу ХХ века является единственной страной, системы этой не имевшей. Замысел Петра Первого о территориальной системе комплектования, помимо своей сверхзадачи создания народной армии, где в одних рядах состояли бывшие крепостные крестьяне - нижние чины и офицеры из дворянского сословия, преследовал и вполне конкретную цель облегчить положение рекрутов, навсегда в те годы отторгавшихся от семьи, родных, от отчей земли.

Все эти и многие другие хозяйственные, экономические меры, а с ними и громкие победы, которые вскоре стала одерживать молодая регулярная армия, привели к тому, как пишет известный советский историк Л.Г. Бескровный, что «к концу XVIII века русская армия являлась лучшей среди армий абсолютистских государств Европы, она была свободна от формализма и шаблона, к которому привела система Фридриха II армии европейских абсолютистских государств».



Андрей Киричев
В статье использованы материалы из:
Книги «Князь Святослав. ИДУ НА ВЫ!» Л.Р. Прозорова
Статьи газеты Красный Север «Славные молодцы белозерцы»